В конце мая о сильном обмелении Волги сообщили жители Казани, Самары и Ульяновска, еще раньше о маловодье начали говорить в Твери. В Росрыболовстве, в свою очередь, предупредили, что ситуация с нерестом в низовьях реки в этом году может быть одной из худших. «Известия» попытались разобраться в том, с чем связано нынешнее маловодье, чем оно может грозить реке, кто пострадает от него в первую очередь и стоит ли рыбакам готовиться к «пустому» году.

В середине мая уровень воды в расположенном на Волге Куйбышевском водохранилище (оно обслуживает в том числе нужды Татарстана, Самарской и Ульяновской областей) опустился с запланированных 53 м до чуть более чем 50 м. Это на один метр выше критической для судоходства отметки в 49 м, отмечали в региональных СМИ.

В результате в окрестностях Казани Волга в некоторых местах отступила от берега на десятки метров (в том числе недалеко от города обнажилась древняя мостовая, которую пришлось охранять, чтобы люди не разобрали старинные булыжники), обмелел ее приток, Казанка: пешком по дну реки теперь можно пройти и недалеко от знаменитого Казанского кремля.

Жители республики начали бить тревогу. Чтобы обратить внимание на бедственное положение реки, казанские рыбаки запустили собственный флешмоб — в соцсетях появилось видео, на котором рыболов Николай Ильин выливает ведро воды на песок, который обнажила ушедшая волжская вода, и призывает других последовать его примеру. Мужчина также обращает внимание на то, что из-за маловодья рыба в Волге не может нереститься.

Вскоре после первых жалоб скорректировали режим сброса воды на водохранилище.

«В соответствии с указанием Федерального агентства водных ресурсов (Росводресурсы) на Жигулевской ГЭС закрыли водосливную плотину. Пропуск воды через гидроузел производится через гидроагрегаты. С 15 по 16 мая Жигулевская ГЭС будет работать со среднесуточными расходами 10000+300 м³/с», — сообщили журналистам на Жигулевской ГЭС.

Однако избежать маловодья уже не удалось. Из-за слишком низкого уровня воды в Татарстане уже было отменено около 20 рейсов туристических теплоходов, после того как стало ясно, что суда не могут пристать в том числе к пристаням Свияжска и Болгара. Кроме того, сложной остается ситуация с нерестом рыбы. Опасения, которые озвучивали местные рыбаки, «Известиям» подтвердил и заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов.

— Текущий год для воспроизводства водных биоресурсов Волги складывается крайне негативно, — отмечает замглавы ведомства. В низовьях Волги, по его словам, нерест может стать худшим за всю современную историю.

На маловодье жалуются жители и других районов Поволжья. Низкий уровень воды также зафиксирован в Самаре, Тольятти, Ульяновске (эти города тоже входят в систему Куйбышевского водохранилища). В Твери, которая относится к Иваньковскому водохранилищу, говорить об этом начали еще в марте.

«Не первое и не последнее»

Ситуация на Волге и в первую очередь в районе Казани сложная, однако катастрофической ее на данный момент назвать нельзя, отметили опрошенные «Известиями» ученые.

— Действительно, в этом году уровень воды на многих участках Волги ощутимо ниже, чем обычно бывает в это время года. Надо заметить, что вообще для рек средней полосы характерно, что год от года уровень воды при паводке может довольно существенно отличаться. В целом это нормально, если в какой-то год река «раздувается» очень сильно и вызывает наводнения, а в какой-то — происходит ровно наоборот, — объясняет Вадим Марьинский, научный сотрудник кафедры гидробиологии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.

О том, что критическим или из ряда вон выходящим нынешнее маловодье не является, говорит и Михаил Болгов, главный научный сотрудник, заведующий лабораторией моделирования поверхностных вод Института водных проблем РАН.

— Это жизнь, такое бывает. С научной точки зрения, конечно, сейчас мы наблюдаем довольно тяжелую ситуацию. Но надо понимать, что за всё время, как мы любим говорить, инструментальных наблюдений, это маловодье — далеко не первое и не последнее, — объясняет ученый, напоминая, что в 1930-х годах на Волге было сразу семь засушливых лет. Многолетняя (и это важно) засуха тогда действительно привела к целому ряду тяжелых последствий (в том числе среди ряда других факторов — к трагическому голоду в Поволжье в начале 1930-х), но если говорить о причинах изменений в поведении реки, то нужно признать, что тогда техногенный фактор, с которым маловодье нередко связывают сегодня, еще не был столь значителен.

При этом несмотря на то, что об обмелении Волги говорят периодически, отмечает Михаил Болгов, серьезной проблемы со средними показателями по уровню воды не наблюдается, даже невзирая на изменение климата и работу нескольких водохранилищ.

— В целом специалисты Росгидромета говорят, что данные наблюдений показывают, что общего изменения водности в бассейне не происходит. На Дону — да, там отдельная песня, а здесь катастрофического снижения общей водности реки не наблюдается, — рассуждает он.

Равнинные реки центральной части России в целом чрезвычайно зависимы от целого комплекса природных факторов, таких, например, как количество выпавшего снега, глубина промерзания почвы зимой и скорость таяния снега весной. При этом именно за счет весеннего паводка реки центральной части страны питаются всё оставшееся время.

— Весеннее половодье — основной источник воды в европейской части России. Снег тает, дает воду, и на ней водное хозяйство страны работает до следующего паводка. Вырабатывает энергию, обеспечивает судоходные глубины, питье, орошение, мелиорацию и весь комплекс водопотребительной работы, — перечисляет Михаил Болгов.

Ситуация может меняться не только от реки к реке (в один и тот же год где-то может случиться засуха, а где-то — наводнение, спровоцированное паводком), но и от одного участка водной артерии к другому. Так, на Волге в этом году маловодье затронуло Куйбышевское и Иваньковское водохранилища, при этом на Рыбинском — одном из самых крупных, где засушливыми были 2014 и 2015 годы, — пока ситуация благоприятная, рассказал «Известиям» заместитель директора расположенного в Ярославской области Института биологии внутренних вод им. И.Д. Папанина Юрий Герасимов.

Особенным пример Волги делает наличие Волжско-Камского каскада ГЭС — цепи гидроэлектростанций и связанных с ними водохранилищ, которую начали возводить еще в середине прошлого столетия. Сегодня в его состав входят 13 гидроузлов (в том числе Куйбышевское, Иваньковское, Рыбинское, Саратовское, Волгоградское водохранилища и расположенные на них ГЭС).

— То есть река уже не естественная, мы ею управляем как цепочкой емкостей и таким образом обеспечиваем гарантированную подачу воды потребителям, — поясняет Михаил Болгов.

Это значит, что ситуация на Волге зависит не только от природных факторов, но и от решений, принятых на том или ином водохранилище. При этом работа гидроузлов, в том числе режим водосброса и так называемых попусков, регулируется в зависимости от текущих природных факторов и с учетом интересов самых разных категорий пользователей. Рыболовное хозяйство в этом перечне далеко не на первом месте, напоминают в Росрыболовстве.

— Работа плотин и попуск воды завязаны на множество заинтересованных ведомств: это вопросы сельского хозяйства (снабжение полей), энергетики, судоходства, — говорит заместитель руководителя ведомства Василий Соколов.

По официально озвученной сразу в нескольких профильных ведомствах версии, причиной маловодья этого года стал ошибочный прогноз, который наложился на неблагоприятные природные факторы. Ориентируясь на прогнозы Росгидрометцентра, на Волжском каскаде в 2019 году готовились к сильному паводку, и поэтому, по решению Росводресурсов, в начале весны воду на водохранилищах сбрасывали более интенсивно. С этим согласны и опрошенные «Известиями» ученые. Однако они в первую очередь указывают на ошибки в прогнозировании.

Так, по словам Юрия Герасимова, падение уровня воды на отдельных участках Волги произошло «на ровном месте» из-за ошибки в прогнозе, предоставленном Росгидрометом. Об этом говорит и Михаил Болгов.

Жители поволжских городов считают, что причина глубже, и винят человеческое вмешательство в жизнь реки. Создание даже одного водохранилища или гидроэлектростанции может привести к изменению экосистемы реки, не говоря уже об их цепочке, признает Вадим Марьинский, однако это не обязательно связано с губительными для экологии последствиями.

— Сегодня Волга по определению является нарушенной экосистемой. Но, когда мы говорим об изменении экосистемы, надо понимать, что за этим не обязательно сразу наступает экологическая катастрофа. Экосистема перестраивается, изменяется. Другое дело, если хозяйственную деятельность вести неразумно, тогда можно прийти к экологическому бедствию и полностью всё разрушить. Но пока на Волге предпринимается довольно много мер, чтобы предупредить или компенсировать ущерб, который наносится водохранилищами, — считает он.

Чтобы избежать катастрофических или разрушительных последствий, подчеркивает Вадим Марьинский, важно, чтобы люди помнили о потенциальном ущербе от их деятельности и принимали необходимые компенсационные меры. В том числе поддерживая виды, которые в результате их вмешательства оказались особенно уязвимыми (речь в первую очередь идет об осетровых, однако рыба в принципе остается в числе главных пострадавших от человеческого присутствия на Волге).

Если в обычной ситуации управление водохозяйственной системой планируется так, чтобы довольны были все, то в условиях недостатка воды распределять ресурсы приходится в зависимости от приоритетов (они прописаны в российском Водном кодексе). И в нынешних условиях «приходится кем-то пожертвовать», говорит Михаил Болгов.

— По действующему законодательству самой малообеспеченной категорией «пользователей» реки является рыба. Когда мы управляем каскадами волжских водохранилищ, конечно, в первую очередь мы имеем в виду нужды питьевого водоснабжения и энергетики. А биоресурсы у нас, к сожалению, в конце списка приоритетов, — объясняет ученый.

Между тем наличие достаточного количества воды именно в весенний период критически важно для успешного нереста: чтобы отложить икру, рыбе необходим доступ к кустарнику и зарослям подтопленной водой травы. Там же, в поймах и заводях, мальки должны откормиться, прежде чем попасть в основное русло реки.

— Ранний нерест происходит в прошлогодней траве, поздний — в новой поросли. Если уровень воды не доходит до этой растительности, не позволяет рыбе к ней попасть, то некоторые виды рыб (судак, щука, лещ) не нерестятся вообще. Окунь и плотва пытаются адаптироваться — они начинают нереститься где попало, но всё равно это значит, что нерест проходит не в полной мере, — рассказывает Юрий Герасимов.

В Росрыболовстве, в свою очередь, обращают внимание на то, что проблема с недостатком воды в Волге в период нереста в действительности носит отнюдь не разовый характер — такая ситуация, говорят в агентстве, повторяется из года в год.

— Формирование и эксплуатация водохранилищ ГЭС привело к коренному изменению гидрологического режима Волги, — подчеркивает заместитель руководителя агентства Василий Соколов, — Произошло перераспределение стока. Летний сток уменьшился, но увеличился зимний. После зимней сработки водохранилищ, в период паводка происходит их наполнение, что существенно уменьшает весенний сток.

Например, подсчитали в Росрыболовстве, в Саратовском водохранилище в прошлые годы ущерб от неблагоприятного режима сброса воды составлял около 1 тыс. т. Это больше, чем объемы рыбы, которые в водохранилище добывались — в 2013–2017 годах ежегодно там вылавливали чуть больше 800 т.

Пересмотреть приоритеты

От майского маловодья, по словам Юрия Герасимова, пострадать может в основном рыба, которая нерестится рано, — в том числе щука, лещ, окунь, плотва и судак. Тем видам, которые идут на нерест позднее, потенциально могут помочь меры, которые сейчас принимают на водохранилищах, чтобы поднять уровень воды.

Так, к середине июня в Куйбышевском водохранилище его рассчитывают довести до 52 м, рассказали в Росрыболовстве со ссылкой на ПАО «Русгидро». Направлены эти меры в первую очередь на улучшение судоходной ситуации, однако не исключено, что в результате уровень воды поднимется достаточно, чтобы улучшить ситуацию с нерестом.

При этом, по словам замглавы Росрыболовства Василия Соколова, на самом Куйбышевском водохранилище пока катастрофической ситуации с нерестом не наблюдается. По данным специалистов Татарского филиала ФГБНУ «ВНИРО», в верхней части Волжского плеса Куйбышевского водохранилища нерест основных промысловых видов рыб (щука, окунь, судак, лещ, плотва и другие) проходит своевременно, массово и уже подходит к завершению.

Кроме того, не исключено, что часть видов задержалась с нерестом из-за того, что в середине мая температура воздуха и воды в водохранилище существенно понизилась, а значит, в период маловодья рыба вовсе не попала.

— В связи с поздним нерестом низкий уровень водохранилища не так сильно скажется на запасах. Однако негативные последствия будут всё же ощутимы, — отмечает чиновник.

Об итогах нереста на Саратовском водохранилище пока говорить рано. А самые худшие последствия ученые прогнозируют в низовьях Волги, ниже каскада плотин, где ситуация может стать худшей в современной истории.

Чтобы последствия этого маловодья не оказались столь заметны с точки зрения промысла, особенно важно, чтобы оно не повторилось в следующем году, отмечает Юрий Герасимов. Рыба созревает и идет в промысел примерно в возрасте четырех-пяти лет, и если пробел в один год можно будет восполнить за счет природных компенсационных механизмов, то несколько провальных лет уже дадут о себе знать.

Пока самым эффективным способом минимизировать ущерб, который в принципе наносится биоресурсам, рассуждает гидробиолог Вадим Марьинский, остается самый очевидный — разведение мальков в неволе, с тем чтобы позднее выпустить их в акваторию реки. Кроме того, напоминает Михаил Болгов, нужно следить за обновлением требований и руководств, разработанных для управления гидроузлами каскада. Многие из этих документов были созданы десятилетия назад, и с тех пор как климат, так и нужды и потребности пользователей успели измениться.

В Росрыболовстве, в свою очередь, призывают изменить подход к тому, как принимаются решения об управлении плотинами — и, чтобы избежать дальнейшего ущерба, хотя бы иногда учитывать нужды рыбаков, как любителей, так и промысловых.

«Известия» также обратились в Федеральное агентство водных ресурсов с просьбой прокомментировать ситуацию, однако к моменту публикации материала ответ ведомства получен не был.